Почему важно отличать горе от депрессии
В современной культуре принято любое состояние глубокой грусти называть депрессией. "У меня депрессия" – с таким запросом часто приходят пациенты. Расстались с партнером, потеряли работу или просто третий день идет дождь – и уже депрессия. Но так ли это? Действительно ли это депрессия?.
Психоанализ, еще со времен основополагающей работы Зигмунда Фрейда "Печаль и меланхолия" (1917), проводит принципиальную границу между состояниями горя и меланхолии. И эта граница имеет не только теоретическое, но и важнейшее клиническое значение: путаница в диагностике ведет к неправильной стратегии помощи.
Что сказал Фрейд? Фрейд заметил удивительный парадокс. Внешне печаль (горе) и меланхолия, то, что многие сегодня называют депрессией, выглядят на первый взгляд одинаково. Как правило это выражается в подавленном настроении, потере интереса к внешнему миру, уход в себя. Поэтому даже опытному специалисту не всегда удаётся сразу провести между ними чёткую границу — нередко требуется время, чтобы точнее понять природу переживаемого состояния.
Тем не менее существуют некоторые важные отличительные признаки, на которые стоит обратить внимание.
При горе мир как бы "беден и пуст". Человек переживает утрату объекта (близкого, отношений, статуса), который был для него важен. Вся боль направлена вовне: "Мир стал плохим, потому что в нем больше нет его/ее/этого".
При меланхолии «бедным и пустым» становится собственное Я. Именно здесь Фрейд проводит ключевое различие. Самоупрёки и самообвинения направляются внутрь и обращаются против самого человека. Он начинает воспринимать себя как источник проблемы и говорит: «Я виноват»
Если выразить суть максимально просто, различие между горем и меланхолией можно уложить в две короткие формулы.
Горе: «Я страдаю, потому что его больше нет».
Депрессия: «Я страдаю, потому что со мной что-то не так. Я ничтожество. И он ушёл, потому что я ничтожество».
Иногда человек даже не может ясно назвать, что именно он потерял: объект утраты остаётся неосознаваемым или смутным. Однако чувство собственной никчёмности заполняет всё внутреннее пространство и становится центральным переживанием.
Опираясь на психоаналитическую традицию и современные клинические наблюдения, можно выделить несколько принципиальных различий между горем и депрессией.
1.Направленность переживания
В состоянии горя боль направлена к утраченному объекту. Мир переживается как опустевший и потускневший. Тоска связана с отсутствием того, кто (что) был (о) источником важности, близости и смысла.
При депрессии переживание разворачивается внутрь. Агрессия и обвинения, которые могли бы быть направлены на утраченный объект, обращаются против самого человека. Появляются самоупрёки, обесценивание себя и переживание собственной ничтожности.
2. Самооценка
В горе самооценка может временно колебаться, но в целом остаётся сохранной. Человек может говорить: «Мне невыносимо плохо без него», «как я теперь буду жить без этого, это помогало мне», но не воспринимает себя как плохого или недостойного.
При депрессии самооценка резко разрушается. Внутренний диалог наполняется обвинениями: «Я неудачник», «Я всё делаю неправильно», «Я недостоин любви». Именно этот феномен описывал З. Фрейд, говоря, что в меланхолии (депрессии) тень утраченного объекта падает на собственное Я.
Горе обычно переживается волнообразно. Тоска может возникать внезапно, к примеру, когда встречает что-то, что заставляет возвращаться к воспоминаниям об утраченном объекте (фото, звуки, запахи и т.п.). Однако между волнами возникают периоды облегчения. Человек может встретиться с друзьями и повеселиться, посмотреть развлекающий фильм и т.п..
Депрессия, напротив, чаще переживается как устойчивое и тяжёлое состояние. Тягостное чувство не отпускает и почти не даёт передышки. Попытки «развеяться» оказываются малоэффективными и иногда лишь усиливают чувство вины за собственную неспособность почувствовать облегчение.
Даже в самые тяжёлые моменты горя обычно сохраняется ощущение, что со временем боль станет менее острой. Человек постепенно учится жить в новой реальности и заново выстраивать свою жизнь без утраченного объекта.
При депрессии будущее переживается как закрытое. Состояние кажется бесконечным и безвыходным. Человеку трудно представить, что когда-либо может стать легче, а воспоминания о прежнем состоянии кажутся далёкими и почти нереальными.
В горе человек остаётся хозяином своей жизни. Боль воспринимается как тяжёлое событие, которое произошло с ним, но не определяет его полностью. Несмотря на страдание, чувство собственного достоинства обычно сохраняется.
При меланхолии страдание начинает определять саму идентичность человека. Оно перестаёт быть тем, что переживается, и становится тем, чем человек себя ощущает. Возникает переживание обречённости: «я такой», «по-другому быть не может», «я пью, ну потому что я такой какой есть». В результате человек может бессознательно удерживаться в этом состоянии, потому что без страдания теряется ощущение собственной идентичности.
Горе остается на уровне сознания, а депрессия, состояние которое проваливает мазохизм в самую глубину психики
Именно этот последний момент часто становится серьёзным препятствием для терапии. Человек в депрессии может бессознательно сопротивляться улучшению, поскольку выздоровление переживается как потеря привычной идентичности: «если я перестану страдать, кто я тогда?».
В горе ситуация иная. Человек может сомневаться, что когда-нибудь станет легче, но при этом всё же стремится к восстановлению жизни.
Важно помнить, что если не проработать горе, то оно может перерасти в депрессию. Особенно если утрата была слишком травматичной, длительной, или если у человека нет ресурсов для переживания. Нормальное течение горя предполагает, что со временем человек находит новые смыслы и возвращается к жизни. Если этого не происходит, мы можем говорить об осложненном горе или депрессивной реакции.
Я приведу в пример случай. На консультацию пришла женщина средних лет. Три месяца назад у нее умерла кошка. Казалось бы, событие житейское. Но в процессе разговора выяснилось: кошка жила с ней 18 лет. Это было не просто животное, а член семьи. После смерти кошки женщина перестала выходить из дома. Она плакала каждый день, не могла работать, потеряла аппетит. Родственники отвели ее в частную клинику, где ей поставили диагноз "депрессивное расстройство личности" и предложили антидепрессанты. Однако в терапии стало ясно, что женщина находилась в глубоком горе, которое требовало времени для его проживания. После завершения терапии, женщина вернулась к нормальной жизни.
Диагноз "депрессивное расстройство" в данном случае был ошибочным. Женщине не нужна была медикаментозная коррекция в первую очередь — ей нужно было пространство для легализации своего горя, право горевать столько, сколько нужно, и поддержка в поиске новой идентичности ("кто я теперь без моей кошки?").
Зачем вообще нужно горе?
Фрейд считал, что работа горя заключается в том, чтобы постепенно отнимать либидо (психическую энергию) от утраченного объекта. Это болезненная, длительная работа "психической реальности", которая требует времени и сил.
Но у этой работы есть смысл, горе заставляет остановиться и пересмотреть ценности. Мы начинаем ценить многие вещи, утратив другие. Человек, переживший горе, становится более чутким к боли других. Формируется эмпатия. Меняются жизненные приоритеты, такие как достижения, успех уходят на второй план, уступая место отношениям, близости
Ну и стоит вспомнить, что животные и птицы тоже горюют. Есть такой «вороний танец», когда птицы кружат вокруг погибшей птицы или замирают, словно совершая ритуал прощания.
Различение горя и депрессии важно для правильной помощи.
Если в горе нужно время, поддержка, право на слезы и, возможно, сопровождение психолога, чтобы пройти все стадии принятия. То в депрессии может потребоваться комплексная помощь: психотерапия и медикаментозная поддержка, назначенная психиатром.
Обратиться к специалисту стоит, если:
- Состояние длится более нескольких месяцев без малейшего просвета.
- Вы чувствуете не просто боль утраты, а острое чувство собственной никчемности и вины.
- Вы не можете нормально есть, спать, работать.
В заключение хочется привести пример, который знаком каждому с детства. Герои мультфильма о Винни-Пухе удивительно точно иллюстрируют разницу между депрессией и горем.
Ослик Иа — портрет депрессии. Он всегда в одном и том же состоянии. Его знаменитое «Входит и выходит» — гениальная формулировка апатии и потери смысла. Иа в целом плохо. Мир для него сер, а собственный хвост, даже когда его находят, не приносит радости. Он не верит в лучшее будущее ("С какой стати?").
И Пятачок — пример горюющего. Пятачок, напротив, обычно жизнерадостен. Но когда случается беда, лопается шарик, Пятачок плачет. Он горюет о конкретном событии. И главное , когда проблема решена, Пятачок возвращается в свое обычное состояние.
- Фрейд З. "Печаль и меланхолия"
- Ворден В. "Консультирование и терапия горя"
- Джудит Герман «Травма и исцеление»
@OksanaAGpsy
Whatsapp +79032004945
https://psy-aysina.ru/