Захотелось написать ещё статью о фильме Павла Лунгина "Остров" (предыдущую можно почитать ЗДЕСЬ).
Теперь уже о взаимоотношениях главного героя, старца Анатолия, со своей монашеской братией.
В фильме показаны отношения с двумя абсолютно разными героями - монахом Иовом и настоятелем монастыря отцом Филаретом.
В этой статье - о взаимоотношениях с Иовом.
Его играет Дмитрий Дюжев. В фильме он с бородой. Черноволосый, статный, высокий, в длинном чëрном одеянии. Между ним и старцем Анатолием складываются очень сложные отношения.
В самом первом крупном эпизоде с Иовом Анатолий перед его приходом смазывает свою дверную ручку сажей.
Вот этот фрагмент (сокращения: И. - Иов, А. - Анатолий):
И.: Отец Анатолий, тебе кто-то ручку сажей вымазал.
А.: Ой, да кто же это? Это завистники, наверное.
И.: Ну, вытереть надо.
А.: Сейчас, сию минуту (вытирает подолом своего одеяния).
И.: Дай мне тоже руку чем-нибудь вытереть.
А.: А нет ничего.
И.: Как нет? Я тебе ветошь на хозяйственные нужды отпускаю?
А.: Ну, нету, правда. Хочешь, зайди сам посмотри (открывает дверь в свою котельню, где живëт). Правда, у меня там сажа, грязь, ужас там.
И.: Ладно, ладно, тебе сколько ни давай - всë тебе мало. Явился я к тебе по поручению отца нашего настоятеля Филарета. Ты благословись у отца Филарета и живите с ним в мире. С преподобным преподобен будешь.
А.: Чë-то ты мне щас такое сказал - я не понял.
И.: Отец Филарет проявляет милость к тебе, призывает жить в его покоях, дабы поправить твоë пошатнувшееся здоровье.
А.: А топить кто будет здесь?
И.: Ну, на это место уже поставлен послушник Никодим.
А.: Как же, он же огня боится?
И.: Все мы боимся геенны огненной.
А.: Батюшка отец Иов, благослови, я здесь останусь, а? Я здесь привык, всё знаю. А то, вон, зима, снег - топить же надо?
И.: Да ты слышь, чë я тебе говорю-то?
А.: Да.
И.: Отец Филарет милость к тебе проявляет!
А.: Слушай, ты ведь грамоте учился?
И. (гордо с улыбкой поднимая голову и оборачиваясь в сторону): Кабы не учился, начальником не поставили бы.
А.: И священные книги читал?
И.: Читал, даже много наизусть помню.
А. (задумчиво, глядя вдаль): А вот я за-забыл, за что Каин брата своего Авеля убил?
И. (сердито): Ты всё шутки шутишь?! Ты вон ручку лучше вытри!
А. (с поклоном): Спаси Господи!
И. (уходя): Грязи тут поразвëл, шутник.
В этом эпизоде можно увидеть много интересных моментов. И то, как Иов боится выпачкаться, как он отшатывается от котельни Анатолия; как гордится своей грамотностью и, в то же же время, отворачивается, как будто бы что-то скрывая; как не хочет, чтобы Анатолий оставался жить в уединении в своей котельне.
Он тяжко завидует Анатолию. Он, Иов, такой чистый, праведный, смиренный ("отец Филарет милость к тебе проявляет!") - он, в то же время, чувствует себя ниже главного героя.
Анатолий живёт отдельно в грязной котельне, отказывается от милости настоятеля, всё нарушает - а именно к нему, а не к Иову, приезжают люди за помощью, и его приглашает к себе жить настоятель отец Филарет, только Анатолий не соглашается.
Почему - это отдельная история, она об отношениях между Анатолием и Филаретом.
В следующем отрывке с Иовом мы видим беседу с настоятелем Филаретом.
Филарет очищает икону яйцом, Иов подходит сзади (сокращения: И. - Иов, Ф. - Филарет):
И. (заглядывая Филарету через плечо на икону): Благость-то какая.
Ф. (шëпотом): Вот вечно ты меня пугаешь. Где ты только так ходить бесшумно научился.
И. (с улыбкой): Я, если хотите, подковки на боты себе сделаю, чтоб меня завсегда издали слышно было.
Ф. (тихо, смеëтся): Я тебе сделаю. Это монастырь, а не конюшня. А если все себе подковы наделают, это какой же здесь топот начнётся, как на ипподроме. А я потом ставки на Вас делай, да? Что опять стряслось?
И. (исподтишка): Осмелюсь доложить - отец Анатолий.
Ф. (поднимается из-за стола, смотрит на Иова): Опять отец Анатолий? Что он ещё натворил?
И. (достаëт записку): Вот здесь всё написано.
Ф.: Что ты мне свои каракули суëшь? Чай, мы не в горкоме. Если есть что сказать, говори. И чтобы я этого больше не видел.
И.: Отче, от чистого сердца, невозможно больше терпеть.
(Разворачивает бумажку, начинает читать).
Первое: лица и рук своих Анатолий никогда не моет.
Второе: на службу всегда опаздывает.
Третье: постоянно к нему народ с материка приезжает. Ну, не монастырь - это проходной двор какой-то получается!
А вчера явился в храм, на одной ноге - валенок, на другой - носок, и запел гнусным голосом. Отче, братья ропщут.
(Филарет задумчиво ходит вокруг него).
А в высокоторжественные дни, хотя и участвует в богослужениях, но не выходит на молебны. Разоблачает, уходит из церкви, за что был неоднократно лишаем трапезы.
Ф. (по-доброму): Ой, ну, ладно, хватит. У меня уже голова от тебя кругом. Где он щас?
И.: Где ему быть? Вон, в котельне, с мирянами, чай пьют с сахаром. Позвать?
Ф.: Да не надо, я сам к нему схожу. Да, а ты передал ему просьбу, чтобы он оставил послушание в котельне и перебрался жить ко мне в келью?
И.: Передал.
Ф.: И чего?
И. (шëпотом): Он меня спросил, знаю ли я, за что Каин Авеля убил.
Ф. (понимающе прикрывая глаза): И за что?
И.: Ну, Вы меня совсем хотите обидеть.
Ф.: Ладно, ладно, прости меня, грешного. Ступай, я с ним сам разберусь.
И. (разводя руками): Я искренне, только от чистого сердца.
Ф. (трогает его за плечо): Иди, мой хороший, иди. Прости меня.
Здесь видно, как Иов старается перед отцом Филаретом (фраза о подковах), как приносит донос на Анатолия, потому что не может выдержать превосходства Анатолия. Здесь явная отчаянная борьба Иова с Анатолием.
В следующем фрагменте происходит уже нечто иное, заметна динамика (в сокращениях: И. - Иов, А. - Анатолий):
И.: А ты чем здесь занимаешься?А.: Царю Небесному прошение хочу послать, чтобы ещё одну зиму пережить. А то братии тяжело-то в мерзлозëме могилу долбить (пускает кораблик по воде).
И.: А, слава Богу, шутить начал. А то, я думал, ты того (показывает на голову).
А. (смеётся): Во, вишь, поплыл. Поплыыл.
И.: Помолись за меня, отец Анатолий.
А.: Это тебе впору за меня молиться. У меня грехов-то втрое больше твоего.
И.: Чë ты такое говоришь-то.
А.: Да ведь ты меня не любишь, отец Иов. Филарет - тот любит, а ты ради него стараешься.
И.: А за что тебя любить-то? Ты мимо моей кельи без шуток не ходишь. То ручку намажешь, то всякую дрянь подбрасываешь. Или, может быть, ты думаешь, я без твоих намëков о грехах своих не знаю, а?
А.: Ладно, забудем, брат. Прости ты меня, грешного, прости (кланяется Иову в пояс).
Здесь видна попытка примирения Иова с Анатолием, только она ещё не совсем искренняя и свободная.
Борьба продолжается, и апогея она достигает здесь:
И.: Ты зачем мне ладан и смирну прислал?
А.: В среду хоронить будем.
И.: И кого же?
А.: Кому Бог присудил.
И.: Ой, Господи, что ты.
А.: Волны смерти омыли меня, и сети смертные окутали меня.
И.: Ты что, и вправду умереть хочешь? А я тебе гроб закажу. Хочешь - дубовый, хочешь - сосновый, какой хочешь.
А.: Не надо ничего, готов гроб.
И.: И где же он?
А.: Да вон, на крыльце. Видал, ящик стоит?
И.: Ой, ты даже помереть-то по-человечески и то не можешь. Может, всё-таки гроб закажем, а?
А. (твëрдо): В ящике, батюшка, в ящике. Завещание моë такое. Аминь.
И. (изо всех сил кричит на Анатолия): Вот что ты за человек такой, а?! Ты даже помереть без выкрутасов не можешь! Все люди как люди в гробах лежат! Даже почтенных Оптинских Старцев, и тех в гробах хоронили! А этот, ты посмотри, дайте ему ящик с канатами! Не, ну, ты понимаешь, что это гордыня, отец Анатолий! Гордыня это, пойми!!! Гордыня, понимаешь!!! Гордыня!!!
А.: Да ты ж меня любишь, отец Иов. Правда? Любишь?
И.: Я тебя терпеть не могу, старый хрыч. А ты, вот, меня спрашиваешь, за что Каин Авеля убил. А я тебе скажу. Я ведь тоже хотел, как ты - людям помогать. Да не принимает моих жертв Господь. Да чë я с ним разговариваю (встаëт с углей, где сидел рядом с Анатолием и направляется к двери).
А.: Погоди! Когда умру, плакать будешь?
Иов молча уходит и закрывает за собой дверь.
Потом подходит, открывает ящик, который предназначен как гроб для Анатолия, смотрит, что внутри, канаты, прослезился и захлопнул крышку.
И именно Иов первым встретился с приехавшим к Анатолию Тихоном.
В Иове отражена Тень Анатолия.
В нëм как раз те качества, которые были изначально в Анатолие - лесть, малодушие - когда тот в молодости стрелял в Тихона. Анатолий точно так же доказывал немцам: "Я всё сделаю, только не убивайте меня!".
Ещё в Иове высокомерие, которое главный герой в себе не принимает. Иов и Анатолий - как две стороны одной медали. И даже в истории с гробом мы видим одно и то же - Анатолий хочет в простом ящике, а Иов предлагает дубовый, сосновый гроб - самый лучший. Две крайности. А крайности - это всегда одно и то же.
Иов завидует Анатолию, говорит, что хотел бы так же. Так же, как Анатолий, помогать людям. А Анатолий в это же время скрывает себя от людей, не представляется, что он и есть старец Анатолий.
Анатолий не принимает свою Тень, молодого Анатолия, того, который стрелял в Тихона. Он не может его простить и принять. И теперь эта часть воплощена в фильме в Иове. Иов всеми силами воюет с ним и, в то же время, любит его. Потому что Анатолий и Иов - это одно целое.
Они договариваются между собой лишь в конце, перед самой смертью главного героя.
Иов приносит вместе с другим монахом ящик-гроб для Анатолия. Анатолий сидит рядом. Другой монах уходит, Иов остаëтся:
И. (гладит ящик): Добрая работа. Мы его сначала шкуркой, потом лаком прошлись - гарнитура. Хоть в гостиную вместо буфета ставь, а? Нравится?А.: Ну, что ж ты наделал? Мне же гроб нужен, а не буфет.
И. (с обидой): Я для тебя стараюсь. Хотел как лучше, а те всë не нравится (вздыхает). Ну, хочешь, я давай наждак принесу и тут враз сдерëм или этим углëм твоим вымажу? Ты мне скажи, чë ты хочешь, я всё для тебя сделаю, отец Анатолий!
А.: Слушай, батюшка отец Иов, прости ты меня, дурака старого, а? Ну, и за сажу эту прости, и за Каина, и за буфет этот, Господь с ним!
И.: Ладно, ладно.
А.: Прости Христа ради!
И. (подходит к Анатолию): Не будем старое вспоминать. Да и ты меня прости.
А.: Несправедлив я к тебе!
И.: И ты меня прости, прости Христа ради, отец Анатолий.
А.: Ну, и Бог простит. Слава тебе, Господи (отходит от Иова).
И.: А вот смотри, давай, давай вот я угля возьму и, вот, смотри (трëт с силой ящик углëм). Смотри, как получается! Сейчас враз счистим эту всю... Смотри, как ты хочешь! Смотри! Отец Анатолий, от-отец Анатолий!
(Анатолий приходит в саване).
А.: Отец Иов, помоги (открывает вместе с Иовом крышку ящика, залезает в ящик, садится в него). Ну, вот, хорошо. А теперь поди скажи отцу Филарету, что раб Божий Анатолий преставился (ложится в ящике-гробу).
И.: Да как же это, а, отец Анатолий? А умирать-то не страшно?
А.: Умирать - умирать не страшно. Страшно будет пред Богом стоять, грехи давят.
И. (сморщившись, чуть не плача): А мне как же жить?
А.: Всё грешники. Живи, как живëшь. Только греха большого не сделай. Ну, ладно, поговорили и хватит. Иди. Иди, милый, иди. Иди с Богом.
Иов убегает. Взбегает на колокольню и начинает звонить в колокола.
Анатолий слушает звон колоколов. Произносит: "Господи, прими душу мою грешную". Закрывает глаза и умирает.
Иов со слезами несëт огромный крест на своей спине для его могилы. Входит в лодку, вместе с крестом, становится рядом с ящиком с умершим Анатолием... Другие монахи гребут, а он стоит и держит крест. Звучит тревожная траурная музыка... Филарет спокойно смотрит на берегу, как они уплывают, потом тихо уходит... Они растворяются в белом... Потом белое становится голубым...
Так заканчивается эта история.
Послесловие
Интересно то, что апогей борьбы, любви и ненависти, когда Иов кричит Анатолию про гордыню, а Анатолий спрашивает, любит ли тот его, происходит перед встречей главного героя с Тихоном. А окончательное примирение - уже после встречи. Уже после встречи с Тихоном Анатолий отпускает свою Тень:
Живи, как живёшь, только греха большого не сделай.
То есть:
Ты будь, только мне сильно не вреди. Я принимаю тебя.
Встреча с Тихоном помогла Анатолию простить себя. Но, мне кажется, если бы этой встречи не произошло или если бы Тихон оказался убит Анатолием, Анатолий всë равно бы простил себя.
Это внутренний процесс. Главный герой уже шëл по пути интеграции своих частей и обретения целостности.