«Хорошая мама» в русской традиции.

     В вопросе отношения к материнству общество попало в волнорез. С одной стороны, в связи с программой улучшения демографии, обществом культивируется ценностное отношение к материнству. С другой стороны, мы знаем, что за материнством вместо обещанного абсолютного и безусловного счастья, стоят сложные чувства, этические дилеммы, внутренние и внешние конфликты, а также требования общества.

   Какой должна быть «достаточно хорошая мать» миру рассказал в середине ХХ века британский психоаналитик Дональд Винникот. До России в то время не доходили даже отголоски этого рассказа. Была своя правда, свои правила и особенности. Предлагаю заглянуть в традиции советского материнства и поизучать его «социальный контракт». Какой должна была быть советская мать с точки зрения государства.

   Итак…1920 год. Появляются первые требования к «хорошей матери». Содержание ребенка в чистоте, соблюдение правил гигиены, своевременное обращение за медицинской помощью. Дело в том, что уровень гигиены был запредельно низкий, а за помощью обращались к деревенским знахаркам, «бабьим фельдшерам» и колдунам. Собственно, кто читал «Записки молодого врача» М. А. Булгакова, представляет, о чем идет речь. В этих условиях быть «хорошей матерью» означало выполнять гигиенически требования.

   Появляется образ «матери-общественницы»: «Выходят под бой барабанов пионеры, читают стихи. Вносят младенца, слышатся крики «Ура!», аплодисменты. Мать ребенка произносит речь: «…ребенок принадлежит мне только физически. Для духовного воспитания передаю его обществу». Выступает председатель, нарекает ребенка именем. Вручаются подарки (красное одеяло и книги). Звучит музыка, раздаются аплодисменты». (Столыпинский вестник №3/2023)

  В 30-е годы миру является образ «матери-труженицы». Героиня труда, труженица, участница творческой самодеятельности и отличная мать. Такой образ действительно был эффективен. До войны отмечался всплеск рождаемости и снижение младенческой смертности. Думается, что настоящие «бэби-бумеры» были как раз в довоенном поколении, а не после, во всяком случае в России.

  В 60-ые годы образ «матери-труженицы» деятельно поддерживался развитием инфраструктуры бесплатно дошкольного и школьного образования. Считалось, что, говоря современным языком, реализованная в профессии и общественной жизни мама подает отличный пример своим детям. Детей с удовольствием отдавали в детские сады на воспитание профессиональным педагогам. Оставлять детей дома с бабушками и реже с дедушками было «не комильфо», ибо бабушки и дедушки не могли обеспечить внукам расширение кругозора, нормальный уровень социализации, дать основы грамотности – то, чем занимались детские дошкольные учреждения. Оставлять с бабушкой было печальной неизбежностью при отсутствии возможности отдать в детский сад.

  А вот в 70-е годы у «женщин-тружениц» вдруг появляется чувство вины перед ребенком. Она занята на производстве и, конечно, домашние обязательства с нее никто не снимал. Ребенок при этом растет «как сорная трава». Он не получает материнского тепла, заботы и ласки.

  В эти же времена появляется теория о том, что ребенок должен оставаться с матерью до 3-х лет. По одной из версий на этом стали настаивать из-за нежелания наращивать количество ясельных групп.