Молодая девушка потеряла покой и сон из-за смерти отца. Она настолько глубоко страдала, что мать попросила о помощи дочери. Мы начали работу. Взяли ручку, тетрадь и отвечали на вопрос: "За что вы переживаете?" Она ответила, что переживает из-за того, что умер папа и его жалко.
Это был первый шаг к управлению эмоциями, который помог вывести боль в понятную словесную форму..
Второй вопрос: " А чего вы хотите?" На этот вопрос ответить очень сложно, потому что она не знала чего хочет. Я сама предложила ей написать ответ: " Я хочу успокоиться и перестать переживать" . Она посмотрела на меня с удивлением и даже писать не захотела, потому что не понимала, как она может не переживать, "я же люблю своего папу, а если я не буду переживать, то как я могу выразить свою любовь" . Я попыталась объяснить, что от её переживаний папе лучше не будет, а она потеряет здоровье".
Девушка застряла в страдании, которое стало для нее единственной возможной формой любви и верности отцу. Ее сопротивление написанию фразы "хочу успокоиться" был не отказ от работы, а столкновение с внутренним конфликтом: "Любовь = Страдание. Если я перестану страдать, значит, я перестану любить и предам его память".
Первая встреча желаемого результата не принесла, но другие мысли у неё уже появились, что ("от переживаний папе лучше не будет, а ты потеряешь здоровье"), даже если оно не было принято сразу, но стало "другим взглядом", который начал разрушать жесткую связку "любовь = саморазрушение". Это посеяло зерно сомнения в правильности ее установки.
На второй встрече она уже работала увереннее, потому что между сессиями произошла внутренняя работа.
В конце концов пришло понимание и осознание того, что происходит с её мыслями и что проблема не в смерти папы а в её неправильном мышлении. Это и привело к решению проблемы.
Был ещё третий вопрос: Как правильно думать о папе?" Она написала " Я понимаю, что любовь к папе — вечна, я помню его, благодарю за то хорошее, что он для меня сделал. Я могу выразить свою любовь добрыми делами и продолжением жизни".
Девчонка успокоилась, вернулся к ней сон и покой.
Она поняла, что, переставая разрушать себя страданием не предает отца, а освобождает место внутри себя для светлой памяти о нем. Возвращение сна и покоя — это знак, что она разрешила внутренний конфликт и нашла более здоровый способ жить с потерей.
Страдание — это естественная, но временная реакция горя, которая, застряв и став хронической, превращается в болезнь, отрезающую ее от жизни.
Я не обесценивала ее горе, а мягко и терпеливо помогла ей пройти через него, не увязнув в трясине деструктивных мыслей.