Гештальт-терапия и доказательность
В последние годы в профессиональном сообществе всё чаще встает вопрос о том, какое место занимает гештальт-терапия в поле доказательных психотерапевтических подходов? Этот вопрос возникает не только из-за внешнего давления со стороны медицинской модели, но и как внутренняя потребность самого терапевтического сообщества, яснее понимать, что именно и на каком уровне происходит с клиентом в процессе терапии.
На этом фоне особый интерес представляет продольное исследование, проведённое командой:
- Institut National de la Santé Et de la Recherche Médicale (INSERM) U1094, Institut de Recherche pour le Développement (IRD) UMR270, Univ. Limoges, CHU Limoges, EpiMaCT - Epidemiology of chronic diseases in tropical zone, Institute of Epidemiology and Tropical Neurology, OmegaHealth, Limoges, France
- Pôle Universitaire de Psychiatrie de l’Adulte, de la Personne âgée et d’Addictologie, centre hospitalier Esquirol, Limoges, France
- Centre mémoire de ressources et de recherche du Limousin, centre hospitalier Esquirol, Limoges, France
- Institut Limousin de Formation et de Gestalt-Thérapie, Limoges, France
- Institut Gestalt+, Rennes, France
под руководством Брижит Кальве, в сотрудничестве с Мари-Пьер Шапюи, Кристофом Армани и коллегами. Работа была опубликована в 2025 году в журнале Frontiers in Psychiatry и посвящена изучению изменений не только симптоматики, но и личностных характеристик клиентов, проходивших гештальт-терапию.
Что именно исследовали авторы
В исследовании приняли участие 319 клиентов, работавших с 53 гештальт-терапевтами. Средняя продолжительность терапии составила около 13 месяцев, что соответствует реальной клинической практике гештальт-подхода, а не краткосрочным протоколам. Это важно подчеркнуть: речь идёт не об экспериментальной усечённой версии терапии, а о живом, длительном процессе.
"Это было наблюдательное, продольное, перспективное исследование. Исследователи были гештальт-терапевтами, проинформированными о целях (для продвижения терапии), целях (для демонстрации ее эффективности) и методах. Они были набраны через сеть студентов из Института образования в гештальт-терапии в Лиможе и Центра формирования гештальт-plus в Ренне. Все они были выпускниками аккредитованных гештальт-институтов и сертифицированы французскими и/или европейскими профессиональными органами (FF2P, Fédération Française de Psychothérapie et de Psychanalyse; EAGT, Европейская ассоциация гештальт-терапии; и АР, Европейская ассоциация психотерапии). Это исследование было одобрено местным институциональным обзорным советом (Этический комитет Лиможской университетской больницы, ссылка: СРP16-009/2015-А01208-41).
Хотя терапевты получали оплату от своих клиентов, их участие в исследовании было добровольным и не вознаграждаемым. Они должны были собрать информацию о пациентах (возраст, пол, уровень образования и обычные лекарства) и кратко описать причины запросов клиентов о психотерапии и ее полезность. Список активных клиентов гештальт-психотерапевтов в основном состоит из людей с легкой и умеренной тревожностью и депрессивными расстройствами (35, 36), часто связанными с невротическими проблемами, самооценкой, потерей, горем и разлукой. Авторы изучили проблемы, упомянутые пациентами, а также симптомы и поведение, выявленные психотерапевтом, и классифицировали их в соответствии с Международной статистической классификацией болезней и связанных с ними проблем со здоровьем 10-й редакцией на шесть категорий: невротические проблемы (F43.0 и F43.1), эмоциональные проблемы (F32.0, F32.1, F41.0, F41.1 и F41.2), проблемы с самооценкой (F60.30, F60.31 и F60.8), психосоматические проблемы (+45.0 и F45.1), страдания, связанные с горем и потерей (F43.2) и другие проблемы."
Для оценки изменений использовались два валидных инструмента. Первый, шкала тревоги и депрессии HADS, позволяющая отследить динамику симптомов. Второй, опросник TCI-125, основанный на психобиологической модели личности Роберта Клонингера, который измеряет параметры темперамента и характера, включая саморегуляцию, ответственность, устойчивость, склонность к тревоге и социальную связанность.
Результаты, которые заслуживают внимания
Полученные данные показывают клинически значимое снижение тревожной и депрессивной симптоматики. Однако особенно ценным является то, что изменения не ограничились уровнем симптомов.
По завершении терапии у участников отмечалось повышение способности к саморегуляции и ответственности, снижение фоновой тревожности и ожидания угрозы, а также рост социальной отзывчивости и интеграции опыта. Иными словами, изменения затрагивали не только то, что человек чувствует, но и как он организует свой внутренний и внешний опыт.
Важно отметить, что выявленные эффекты сохраняли статистическую значимость даже после учёта возраста, пола, приёма психофармакологических препаратов и исходной выраженности симптомов. Это усиливает аргумент в пользу того, что обнаруженные изменения связаны именно с терапевтическим процессом, а не с внешними факторами.
Вот вывод исследования, ссылка на источник в конце статьи:
"Это исследование является одним из первых, которое показало эффективность GT в измерениях личности с помощью классического ухода. Строгие оценки, представленные здесь, демонстрируют важность этой техники. Конкретный вклад GT заключается в передаче терапевтом определенного отношения, состоящего из фокуса на настоящем, осознании и ответственности: «Эти три элемента (оценка текущих событий, состояние сознания и ответственность) являются аспектами того же образа существания в мире. Быть ответственным (способным реагировать) означает присутствовать, быть рядом. И быть по-настоящему присутствующим - это быть сознательным. И, наконец, осознание - это присутствие (реальность), состояние, несовместимое с иллюзией безответственности, из-за которого мы избегаем жить своей жизнью, вместо того, чтобы жить ею, не заботясь о том, что мы думаем. Зафиксированные значительные изменения личности можно считать показателями прогресса в процессе психотерапии и, следовательно, эффективности GT. Кроме того, GT, по-видимому, улучшает переменные состояния, такие как депрессия и тревога, а также субъективный психологический стресс. Недавно мы разработали новую версию, основанную на биопсихосоциальной модели Клонингера, которая объединяет восьмое измерение д оценки алекситимии, чтобы лучше понять эволюцию пациентов с соматическими расстройствами. Необходимы дальнейшие исследования в других когортах, чтобы подтвердить результаты, представленные здесь, и лучше определить ожидаемые преимущества для практикующих врачей, а также профили пациентов, которые, скорее всего, выиграют от GT."
Авторы также указывают, что наиболее выраженные изменения наблюдались у клиентов с высоким исходным уровнем дистресса и при длительности терапии более 12 месяцев. Этот вывод хорошо соотносится с клиническим опытом гештальт-терапевтов: глубокие изменения требуют времени, устойчивого контакта и возможности возвращаться к переживанию снова и снова.
Почему это важно для гештальт-подхода
Гештальт-терапия традиционно рассматривается как феноменологический, диалогический и процессуальный подход, ориентированный на осознавание, контакт и самоподдержку. До недавнего времени критика в адрес гештальта часто сводилась к утверждению, что его эффекты трудно измерить количественно. Исследователи связывают рост саморегуляции с телесно-ориентированными компонентами, которые часто интегрируются в гештальт-практику и поддерживают осознавание процессов контакта. Это наблюдение хорошо согласуется с клиническим пониманием гештальта как терапии, работающей не только с когнитивным уровнем, но и с телесным, эмоциональным и экзистенциальным измерениями опыта.
Ограничения и честность научного подхода
Авторы открыто указывают на ограничения исследования: отсутствие рандомизации и контрольной группы не позволяет делать окончательные каузальные выводы. Для гуманистического и феноменологического поля психотерапии такие исследования по-прежнему редки. Именно поэтому их ценность заключается не только в результатах, но и в самом факте попытки говорить на языке, который понятен и научному сообществу, и практикующим специалистам.
Что это даёт практикующим психологам и клиентам
Для коллег это исследование может служить точкой опоры в профессиональной идентичности. Оно позволяет говорить о гештальт-терапии не только как о субъективно переживаемом процессе, но и как о подходе, способном приводить к устойчивым изменениям в структуре личности и способах саморегуляции.
Для клиентов такие данные могут снижать тревогу перед началом терапии и усиливать доверие к процессу. Понимание того, что терапия влияет не только на симптомы, но и на способность опираться на себя, выстраивать контакт и выдерживать неопределённость, часто становится важным фактором мотивации.
Гештальт-терапия не стремится конкурировать с протокольными методами в скорости или стандартизации. Её сила в глубине и наглядности изменений. И именно такие исследования позволяют увидеть, что за этой глубиной стоят не только слова и метафоры, но и измеримые, устойчивые трансформации человеческого опыта.
Научный источник: Calvet B., Chapuis M.-P., Armani C., et al. (2025). Changes in Temperament and Character Dimensions After Gestalt Therapy: A Longitudinal Observational Study. Frontiers in Psychiatry, 16:1280954. https://www.frontiersin.org