Мой опыт работы с ПТСР достаточно большой. Что могу отдельно выделить: люди, страдающие ПТСР, часто выглядят заносчивыми. То есть, они могут разговаривать свысока, раздражаться, замыкаться, высокомерно отстраняться. Думаю, что "заносчивость" дает им возможность отгородиться, скрыть свой страх и немного отдохнуть от настороженности и недоверия.
Когнитивно, т.е. сознательно, они могут объяснять свою реакцию уникальным опытом, который трудно кому-либо с ними разделить. Отчасти так и есть, но все же главное - хроническое ощущение небезопасности. Вот этот момент близким действительно сложно понять - все любят, помогают... А оно присутствует.
Один из важнейших диагностических признаков ПТСР - длительное (!), многомесячное, упорное нервное напряжение в обыденных ситуациях, неприятие спокойствия и расслабленности окружающих (они же подведут своей неподготовленностью, "жизни не знают"), в глубине которого лежит обычный человеческий страх и тревога.
Что человеку остается делать? Презирать на всякий случай этих неподготовленных к "настоящей" жизни наивных людей, а на самом деле - хоть как-то сохранить самоуважение. Они, в отличие от него, не страдают от напряжения и спокойно, "беспечно" живут. Значит, он не справился, утратил что-то важное - смысл, радость, спонтанность, способность к близости и т.д.. Это причиняет боль.
По алгоритмам, я считаю, работать бесполезно. Их следует знать как основу, теоретическую базу, в остальном следовать логике процесса. Надо аккуратно и последовательно помогать человеку прикасаться к собственному состоянию, переживать его, вселять в него надежду и помочь научиться заново понимать тех, кто вокруг. На ресурсе. Всегда на ресурсе, иначе останется угрюмая депрессивная отгороженность, подавленность. Убеждение здесь не работает, оно недолговечно. Различные техники катастрофизации недопустимы. Честность и уважение необходимы, в какой бы парадигме ни работал специалист.
Вернемся к началу. На мой взгляд, иногда заносчивость может принести пользу, она хотя бы дает стимул что-то делать лучше других и снова уважать себя - потому что хронический страх и перенесенные тяжелые события могут подорвать самоуважение. Поэтому просто показываем хорошие стороны Других и отношений в целом - без сравнения, с учетом очень большого и обоснованного скрытого страха нашего клиента и его высокой уязвимости.
При хорошем контакте мы заново учимся переносить обычную периодическую беспомощность, которую в благополучных обстоятельствах не особо и замечаем. Конечно, все эти моменты не разделяем, возникла рабочая ситуация - используем. Но не конфронтируем с самого начала слишком жёстко. Человеку страшно, он защищается. И это абсолютно нормально. Полная покорность намного хуже и свидетельствует о тяжелом психическом состоянии.
У детей ПТСР протекает по-другому, часто формируя высокую готовность к беспомощности или заметную "взрослость" поведения, вызывающую умиление. Но описанный выше момент тоже может присутствовать - такое снисходительное, покровительственное, чуть презрительное отношение к тем, кто "не в теме". Тоже не боремся, а работаем на контакт, доверие, одновременно спокойно выстраивая границы, укрепляя свою позицию взрослого, опоры в сложной ситуации. Все придет со временем.
Не забываем о характере человека, об условиях его жизни. Они у каждого свои, и никакие обстоятельства не могут полностью уничтожить личностные черты. Как я говорю, человек всегда больше своего симптома. А мы работаем не с симптомом, а с человеком.
По сути, ПТСР - осложненная реакция горя, только неявного, в котором может не быть общепринятой ситуации потери. Но она там есть всегда.
Только не надо заниматься диагностикой по одному отдельному признаку. Я описала одну из особенностей, на которую стоит обратить внимание.
Вы можете обратиться ко мне по номеру 89028788642, есть ТГ. Работаю с людьми разного возраста и жизненного опыта.