На второй сессии нашей работы с Оксаной мы углубились в ее жалобы на учащенное сердцебиение и аритмию. В процессе работы аритмия проявилась в образе частых прыжков, и мы задались вопросом: кто же так часто прыгает? Ответом стала пятилетняя девочка — спокойная, скромная и тихая, но очень сильно желающая привлечь к себе внимание мамы. Ей было скучно и одиноко, но почему-то она не могла быть активной. Как будто что-то ее сдерживало.
В этот момент возник образ груза в груди, который тянул вниз. Этот груз ограничивал свободу девочки. Чем менее она была активной, тем безопаснее ей казалось. Ощущение опасности проявлялось в виде пустоты — холодно, безэмоционально, как будто там ничего нет.
Когда мы стали этой пустотой, возник образ маленькой Оксаны, трех лет. Она гуляла с мамой в весенний день, светило солнышко, и у нее было хорошее настроение. Ей хотелось бегать, прыгать, радоваться жизни, но вместо этого она тихо шла за мамой, боясь ее расстроить или разозлить. Почему ребенок так сильно боится маминой злости?
Мы стали образом мамы, и она сказала, что у нее хорошее настроение, но бывают моменты, когда ребенок капризничает, и она сильно переживает, потому что не понимает, чего она хочет. Эти переживания могут перерасти в злость.
Когда мы стали этой злостью, у мамы возникло воспоминание о внезапной смерти отца, когда дочке было всего два года. Весь мир рухнул, и женщина очень хотела оплакать уход отца, погрузиться в это горе, но не могла, потому что ей нужно было заботиться о ребенке. Ей нужно было быть веселой, жизнерадостной, любящей, но и этого она не могла сделать. Она очень сильно раздражалась, и это раздражение транслировалось дочери.
Девочка в свои два года не понимала, что происходит, но чувствовала, что мама стала холодной, отстраненной, погруженной в печаль. Она пыталась как-то развеселить маму, но это вызывало только гнев и раздражение. У девочки появился страх потери маминой любви, и она приняла решение, что нельзя быть активной, веселой и инициативной. Она должна быть тихой и послушной, чтобы, возможно, мамина любовь вернулась.
Этот страх потери маминой любви наложился на ощущение мамы, что в любой момент опора и очень значимый человек может уйти из твоей жизни. Эти два момента сильно повлияли на ребенка, и уже будучи взрослой, как только возникал момент сближения с кем-то очень дорогим, выстраивания отношений, аритмия и учащенное сердцебиение возникали ни с того ни с сего.