Иногда приходят не просто пациенты. Приходят целые вселенные. Со своим неповторимым светом, со своими законами и чёрными дырами. Одна такая вселенная в его лице, появилась в моём кабинете с искренней улыбкой и словами, которые я всегда готова слушать: «Я готов. Я хочу жить».
Ему было 24. В его глазах был тот особый, спокойный свет, который бывает у людей, прошедших через ад и решивших вернуться. Он говорил о своем «дне», которое стало точкой отсчёта, о том, что наша реабилитация для него не первая, но надеялся, что последняя.
Говорил о желании жить по-новому так убедительно, что в это нельзя было не поверить. Его запрос был о смысле жизни, о конфликте между тем, что есть, и тем, что могло бы быть. Мы много работали метафорами. Он был блестящим собеседником - чутким, ироничным, понимающим с полуслова.
В группе он был тем самым человеком, на которого равнялись другие. Его путь к выздоровлению был прямой, казался предсказуемым, освещённым этой его внутренней решимостью. Мы, команда реабилитационного центра, были уверены в нём. Абсолютно.
А потом случился провал. Он сбежал, растворился в городе вместе с той самой тьмой, от которой так отчаянно бежал.
Три дня звонков, больниц, моргов… Это время, когда тревожность становится постоянной и фоновой. А потом - облегчение. Он найден. Жив. Перелом ноги. Операция. В моей профессиональной логике даже этот перелом был шансом. Месяц вынужденной передышки, еще месяц без наркотиков. Месяц, чтобы снова переосмыслить и укрепить то светлое, что в нём уже было. Казалось, вселенная выровнялась. Просто получила синяк, но не разрушилась.
Сегодня я узнала, что вселенная, с которой мы работали, которая шутила, искала смыслы и так хотела жить, - не выдержала. Что та тьма, с которой он боролся, нашла его в измененном сознании на 20 этаже и договорилась с ним на своём языке. Сделать шаг вниз.
Он больше не придёт на сессию. Мы не допишем его историю. Не найдём ту самую цель, которая будет зажигать. Всё, что осталось - это тишина в телефоне и запись в моей тетради, которая теперь завершена страшным, необратимым словом «умер».
Он был хорошим парнем. Много улыбался. И я, как специалист, который верил в него до конца, сегодня просто сижу и тихо скорблю о той вселенной, которую нам не удалось спасти. Покойся с миром. Ты боролся так сильно. Просто сил, видимо, было меньше, чем боли.
Больше профессиональных материалов и разборов - в моем Telegram-канале о работе с зависимостями:📎 https://t.me/add_psy