Современные формы тревоги — от фоновой до разрушительной
У тревоги много лиц. Иногда она накрывает приступом панической атаки. А иногда — тихо и упорно живёт в нас каждый день, словно лёгкий фоновый шум, который невозможно отключить. Эти формы тревоги не всегда связаны между собой, но каждая из них влияет на качество жизни.
Латентная тревожность и паническая атака — в чём разница?
С 1980 года телесно ощутимую разрядку тревоги называют “панической атакой”: дрожь, сердцебиение, пот, ощущение надвигающейся катастрофы. Приступ может возникнуть внезапно — и ощущаться как начало инфаркта.
А латентная тревога — это другой полюс. Это внутреннее напряжение, которое не уходит ни на день. Оно словно прописалось внутри, мешает дышать, но при этом не имеет конкретной причины. И таких людей мы называем просто — тревожные.
Эти состояния не обязательно связаны. У человека с постоянной тревожностью могут никогда не случаться панические атаки — и наоборот.
Когда тревога помогает?
Да, тревога может разрушать. Но может и поддерживать. Именно сигнальная тревога — та, что появляется как внутреннее «стоп» — помогает нам предвидеть результат, быть собранными, не рисковать зря.
У некоторых людей тревога становится стратегией — как форма перфекционизма. Она может быть внутренним мотором. Особенно если человек отвечает за безопасность, за порядок, за результат. В таком случае тревога — это концентрация, готовность, контроль. И у неё есть обратная сторона — ощущение собственной значимости, самоуважение.
Самая частая картина на практике — тревожно-депрессивный синдром.
Тревога и депрессия часто идут рука об руку. Первая — про страх потери. Вторая — про горе по тому, что уже утрачено.
Например: вы боитесь, что потеряете работу — тревога. А потом начинаете ощущать, что всё рушится, и уже как будто ничего не вернуть — депрессия.
Это двойной удар. Мы и боимся, и оплакиваем. Это похоже на горе, в котором застряли.
Тревога — не всегда враг. Но она точно заслуживает внимания.
Понять, какая она у вас, — значит уже на шаг приблизиться к себе. И к возможности справляться, а не просто выживать.