Ладони потеют, лицо и спина подгорают, мысли путаются, будто куда-то проваливаюсь, плохо слышу клиента, пространство становится вязким, что не скажу, кажется все невпопад, эта сессия, наполненная непереносимым стыдом по ощущениям, длится вечность. Когда мы психологи прощаемся с клиентом после такой сессии, порой нас посещают мрачные мысли "я недостаточно хороший психотерапевт" и будто невидимая рука больно сжимает что-то живое в груди.
Когда я вбила в поисковике словосочетание "стыд психолога", ИИ подробно описал стратегии работы со стыдом, но у клиента. Т.е. подразумевается, что психотерапевт "конечно", уже весь стыд у себя проработал.
А психологу, что делать, если ему стыдно? Разумеется, пойти к своему терапевту и супервизору. Однако, по какой-то "случайности" стыдные темы мы забываем вынести, о стыдных кейсах хочется промолчать, особенно на группе. Конечно, это не случайность, а сопротивление встретиться с болью своего терапевтического, а может и личностного несовершенства.
Тут хочу описать очевидные и не очень поводы для стыда в практике психолога и поделиться некоторыми идеями, которые меня поддерживали, позволяли стыдиться и продолжать развивать практику.
1. Недостаточно знаний. Закрываю ноутбук, выхожу из кабинета с мыслью - и что мне теперь со всем этим делать? Ответ приходит автоматически, конечно же пройти еще одно обучение. Глаза горят, руки тянутся к мессенджеру, умный вид опытного тренера внушает надежду на то, что после этой специализации я точно стану достаточно знающим психологом. Но гонка продолжается, приходит клиент с новой сложной темой и только дыра в бюджете не позволяет купить пятую за год специализацию.
Профессионально мне помогло осознание того, что, владея базовым инструментарием гештальт-терапевта, я могу работать с разными, даже новыми для меня темами, ведь цикл контакта существует в любой теме и любая проблема человека сопровождается эмоциональными процессами, в которых я довольно хорошо разбираюсь.
Кроме того, я научилась равняться в образованности не только на тренеров, но иногда думать о том, где я сейчас по отношению к менее опытным коллегам или клиентам в плане психологических знаний.
Хорошо еще вспоминать и помечать, что я уже знаю, на что опираюсь в работе, иногда мы не осознаем, каким объемом информации уже владеем. Писать посты, заметки, вести семинары, все это отлично помогает структурировать свои знания.
2. Я недостаточно опытный психотерапевт. Сопротивляюсь брать новых клиентов, а вдруг у них, то, что я никогда не испытывала (не делала эко, не была уволена, не эмигрировала за границу, никто из близких у меня не умирал, не была в клинической депрессии), тогда я не смогу помочь клиенту?
Мой супервизор в ответ на мои переживания о недостатке жизненного опыта, справедливо заметила «Ты не можешь испытать весь опыт этого мира, но ты можешь работать с переживаниями здесь и сейчас, твой ресурс в том, что ты не внутри этого сложного опыта, а можешь смотреть со стороны».
Еще мне помогает относиться к самому тяжелому или неожиданному жизненному опыту, как к материалу для работы.
3. Нестабильное психологическое состояние. Когда у меня проблемы в работе или в отношениях, посещают такие мысли: "Я не в ресурсе, тогда какой из меня психотерапевт?", "Я сапожник без сапог". Эти мысли мешают начать практику, побуждают только ждать, когда наступит "Дзен", в котором я смогу вдохновлять людей.
В сложном психологическом состоянии, я часто работаю лучше обычного. В депрессивном настроении я более замедлена и это позволяет мне лучше присоединиться к страдающему клиенту. Когда присутствует перевозбуждение, я позволяю себе ошибаться, озвучивать смелые идеи, что делает наш контакт более человечным, дает клиенту сигнал, что я неидеальна и можно расслабиться.
Я также заметила, что бы у меня в жизни не происходило, обычно работа с клиентами уравновешивает мое состояние.
4. Стыдно молчать на сессии. Клиент рассказывает часть истории и требовательно смотрит на меня. Я молчу и думаю, что беру с клиента деньги и ничего при этом не делаю, становится очень неловко. В итоге говорю наспех, предлагаю интервенцию или технику, к которой клиент еще не готов, делаю что-то за клиента, как гиперопекающая мать, от которой ему чаще всего хочется убежать.
А правда ли я ничего не делаю, когда молчу на сессии? Ответ, конечно же нет. Мое молчание обычно наполнено гипотезами о том, как лучше помочь клиенту, и это большой труд. Еще сложнее и продуктивней получается, когда мое молчание наполнено уважением к возможностям клиента, доверием тому, что он сможет сам важное для себя сделать на сессии. Например, задать мне вопрос, попросить помощи в конкретном моменте, почувствовать такую непереносимость, из которой только и рождается желание что-то изменить, осмелится озвучить то, что не рассказывал еще никому.
5. Я ошиблась, сделала что-то не то в терапии или чего-то важного не сделала. В этом случае стыд ходит за ручку с виной, а еще подключается страх навредить клиенту с ужасающими последствиями. Когда я так себя чувствую в сессии, мне бывает сложно завершить вовремя, будто я пытаюсь наспех что-то исправить или успеть достроить недостающий пазл и, конечно, мне стыдно оказаться для клиента "плохим" психологом.
Со временем я поняла, что встретиться на сессии с недовольством клиента, гораздо ценнее, чем пытаться его удовлетворить, перекармливая материалом. Злость клиента часто означает, его желание что-то изменить или получить в наших отношениях. Выходит, злость клиента - это красная дорожка к его изменениям и построению доверия между нами.
Что касается личной терапии стыда, самым сложным и самым целительным для меня оказалось проявлять свое ощущение "плохости" и недостаточности, испытывать стыд в доверительных терапевтических отношениях.
Проложим путь от самостыжения до самопризнания в терапевтической группе онлайн "Достаточно хорошие". Начало 2 октября 2025г., приглашаем
https://gestalt.ru/therapeutic_group/terapevticheskaya-gruppa-dostatochno-horoshie/