Когда я говорю клиентам про то, что важно услышать себя, иногда вижу в их глазах вопрос: "А что это вообще значит?" Понимаю этот вопрос. Потому что сама долго не понимала.
В 2018 году я пришла к терапевту и сказала: "Я чувствую, что живу на черновик". Эмоций почти не испытываю. Удовольствия от жизни получаю процентов на 10 из 100. Как будто сижу в танке и оттуда наблюдаю за всем происходящим. Людей держу на расстоянии — даже близких.
Помню, как терапевт спросила: "А что ты сейчас чувствуешь?" И я честно ответила: "Не знаю". Это было началом долгого пути длиной в 5-6 лет. Пути знакомства с собой.
Постепенно выяснилось, что я — взрослый ребенок алкоголика. Что в детстве было непросто, и мне пришлось сфокусироваться на контроле, на когнитивном контакте с миром. Эмоции было невозможно прожить — некому было помочь с ними справиться. Поэтому я их просто... выключила.
Оказалось, что "услышать себя" — это не про то, чтобы сразу все понять. Это про то, чтобы медленно, терпеливо начать различать:
Что происходит в теле, когда я злюсь
Как звучит мой голос, когда я устала
Что я чувствую, когда кто-то нарушает мои границы
Чего я на самом деле хочу от отношений
Это было похоже на настройку радиоприемника — сначала шумы, помехи, а потом постепенно начинаешь различать мелодию.
Помню первый раз, когда смогла сказать: "Я злюсь". Не "мне неприятно" или "это неправильно", а именно "я злюсь". Это было откровением. Или когда поняла, что усталость — это не слабость, а сигнал о том, что нужен отдых.
Сейчас я знаю, что "услышать себя" — это про то, чтобы стать себе хорошим родителем. Научиться замечать свои потребности, не игнорировать чувства, выстраивать здоровые границы. Это про то, чтобы выйти из танка и разрешить себе быть живым человеком.
Путь этот не быстрый. Но он того стоит. Потому что жизнь не на черновик — она настоящая. И в ней есть место для всех наших чувств, потребностей и желаний.
А что для вас значит "услышать себя"? Знакомо ли это ощущение жизни "в танке"?
Я работаю с тревожностью, выгоранием и сложностями в отношениях. Особенно много работаю с взрослыми детьми алкоголиков — понимаю особенности созависимых отношений и знаю, как важно создать безопасное пространство для знакомства с собой.