«Не реви! Кому сказала!»- мама, не имея опыта замечать свои переживания, запрещала и мне с сестрой как либо проявлять свои чувства.
Самое ощутимое в человеке — это его отношения с собой. Но корни этих отношений не из воздуха. Они из детства, из того, как семья. Как семья давала проявляться ребенку.
Ребёнок неизбежно подстраивается под семью, если в семье не подстраиваются под него. Всё просто: или ты чувствуешь себя, или ты выживаешь. Когда никто не смотрит на твои желания, ты начинаешь смотреть на чужие. Расслабленное ощущение себя исчезает. Вместо него — напряжённое отслеживание того, что у других в голове.
Вырастает такой ребёнок. И приходит к терапевту не с жалобой, а с глухим ощущением, что он всё время кому-то мешает. Он не помнит, чтобы ему прямо говорили «не мешай». Но его тело помнит. Он привык думать о чужих желаниях раньше, чем о своих. И даже не знает, есть ли у него свои.
Он может искренне сомневаться: я устал или мне кажется? Мне грустно или я придумываю? Ему приходится всё внутри сверять с этой установкой — быть «ребёнком-не-мешай». Он ставит под сомнение собственные состояния, будто они не имеют права на существование без одобрения извне.
Иногда слёзы подступают, но выпустить их нельзя. Себя жалко, прошлое кажется потерянным временем. Но важнее другое: каким бы ни было прошлое, настоящим можно воспользоваться прямо сейчас. Повернуться к себе. Позволить себе отвернуться от других. И не ждать, что за это последует катастрофа.
В этом и есть суть. Не в том, чтобы разобрать детство по косточкам. А в том, чтобы однажды разрешить себе быть. Не мешая. Впервые.