Публикуется с разрешения клиента
- Вот, я снова к вам, и как всегда с вопросами, - блондинка размашистой походкой вошла в кабинет и грациозно опустилась на кресло.
Я всегда удивлялась сколько грации, гибкости в этой спортивно сложенной, достаточно физически сильной на вид женщине. По профессии она была врачом-реабилитологом, все время проводила с больными людьми, но при этом моя клиентка никогда не теряла жизнерадостности и внутреннего задора.
Но когда-то были и другие времена. В те далекие годы взгляд ее карих глаз был потухшим и тяжелым, а походка была тяжеловесной и шаркающей. Она напоминала вырезанную куклу из дерева, настолько она была скованна в те времена, а нынче это милая и веселая женщина.
- Рада вас видеть, Валентина, - поприветствовала я свою гостью, - Так что вас привело ко мне на этот раз?
- Даже не знаю с чего и начать-то, я просто недовольна собой! Я осознала, что зря ввязалась в эту авантюру и пошла на подработку, - отчеканила клиентка.
- Валентина, начните сначала и расскажите, пожалуйста, что у вас за подработка и почему у вас возникло недовольство собой, да еще такое, что вы считаете, будто бы зря это сделали, - поинтересовалась я.
- Меня пригласили в частную клинику на подработку по моей профессии. Знаете, оказывается, и «богатые тоже плачут» от безнадеги. Ну, ладно, начну по порядку. Мой сын учится в Питере и снимает жильё, оплату за обучение ему повысили, наших зарплат с мужем стало хватать в такой притык, что ни дай Бог кому заболеть – и мы сразу будем в долговой яме. И тут мне подруга предложила эту подработку. Она сразу объяснила, что в этой клинике платят хорошо и за что платят, сообщила, что пациенты наши весьма с нелегким течением и нужно всегда быть не только высокопрофессиональной, но и общительной и поддерживающей. А вот все эти качества мне присущи, как вы знаете. Поэтому я прошла все собеседования и отборы, и в прошлом месяце приступила к работе. Я работаю там по выходным, в основном, разве что иногда случаются подмены, но это все нормально и всегда учитывается мой график работы по основному месту. Работа мне была не в тягость, все шло нормально. Две недели назад меня прикрепили к новому пациенту, маленькой девочке, около пяти лет. Они с папой попали в аварию год назад и с тех пор, как выразился доктор, который ее «ведет», «ее личность заперта в мозге». Она совсем крошка, тоненькая такая, как былиночка, лежит на кроватке и даже двинуться не может, и говорить не может. Но иногда начинает подвывать как-то протяжно, хоть и почти беззвучно или пробует мычать. Сказать что-то хочет, но у нее не получается. А вот взгляд у нее ясный такой, как будто она понимает все, только сказать не может. Хотя, наши доктора сомневаются в сохранности ее разума, после той аварии, поговаривают, что это даже хорошо, значит меньше понимает в каком положении она оказалась и, по-видимому, на всю жизнь. Неблагоприятный у нее прогноз, понимаете, - расплакалась Валентина.
- Так вот, я делаю ей массаж и все необходимые упражнения, а отдачи нет никакой, она даже знака не подаст, когда с ней заговариваю. Но иногда может, не знаю от чего и почему, начать плакать или подвывать. И мне от этого так страшно и не по себе делается, что хоть беги!
- Валя, а страшно вам от чего? И почему делается не по себе? Вы ведь знаете, что ваша работа через боль вывести человека к выздоровлению.
- Мне страшно от того, что я считаю, что делаю что-то не то, врежу ей. Я считаю себя недостаточно компетентной, раз до сих пор ребенок на меня не реагирует вовсе! А раз так, мне там не место! А не по себе мне от того, что в минуты, когда малышка плачет или подвывает, ее мать бледнеет как смерть и с полной безнадежностью отворачивается к окну. Мне это что-то напоминает, и от этого становится так тоскливо, аж до отчаяния.
- Очень интересно, так что же вам все это напоминает, как вы думаете?
- А зачем об этом думать? Нужно просто собраться и уйти, вот и все, - безапелляционно заявила Валентина.
- Да неужто? А ко мне тогда зачем пришли? – удивилась я.
- Мотивируйте меня уйти с достоинством и искать новую подработку, - отчеканила клиентка.
- Ну, запрос хороший, вот только не кажется ли тебе, что ты собралась не уйти, а убежать? – поинтересовалась я.
- Даже и не думала об этом. А от чего я бегу, на ваш профессиональный взгляд? – удивленно спросила Валя.
- Ты собралась сбежать потому, что этот контакт с малышкой и ее мамой, будит в тебе некие давно забытые воспоминания, а они навевают тебе некие чувства, с которыми ты когда-то была хорошо знакома, а эти чувства и вызвали у тебя то состояние, благодаря которому ты и пришла сюда впервые много лет назад.
- А с чего вы это взяли? – недоумевала женщина.
- Да ты же сама и сказала, что, когда девочка плачет или подвывает, ее мама отворачивается от нее к окну, и ты при этом чувствуешь тоску и отчаяние.
- Точно! Надо же, спасибо! Вот поэтому и люблю к вам приходить, за ясностью. Только что бы это значило?
- Валя, раз ты собралась бежать, но пришла сначала сюда, как ты думаешь, о чем тебе эта ситуация может говорить? – поинтересовалась я.
- Помогите мне, пожалуйста, у меня как блок в голове на эти воспоминания, голова трещит от усилий вспомнить, а толку – ноль! – поморщившись от напряжения, произнесла клиентка.
- Хорошо, давай так, закрой глаза и начни дышать ровно и спокойно, посмотри внутрь себя, что или кого ты там видишь? Не спеши, разреши себе расслабиться, осмотрись и опиши все что ты увидишь внутри себя.
Валентина закрыла глаза и начала дышать размеренно, спокойно, постепенно ее тело расслабилось и обмякло. Казалось, что клиентка заснула, но при этом, внутри себя она совершала путешествие в поисках ответа на интересующий ее вопрос.
- Я вижу девочку лет пяти-шести, она стоит ко мне вполоборота, в руках она держит альбом с рисунком, - тихо и медленно заговорила клиентка, - Напротив нее стоит женщина. Женщина развернута к ней спиной, она что-то делает, готовит или посуду моет, не пойму.
- Как ты думаешь, тебе знакома эта девочка и женщина?
- Эта женщина очень похожа на мою маму в молодости, видимо, девочка, это я, - заключила клиентка, - Знакомая ситуация, не раз такое бывало, легко узнается.
- Валя, девочка с мамой о чем-то говорят, как ты считаешь? – спросила я.
- Девочка просит маму посмотреть на рисунок, который она нарисовала, а мама отвечает, чтоб она шла в свою комнату и не отрывала ее от дела.
- Как ты считаешь, что чувствует девочка, которую ты видишь, и что чувствует женщина? – поинтересовалась я.
- Девочка чувствует одиночество и отверженность, а вот женщина чувствует тоску и безысходность. Кажется, я что-то стала понимать, - сказала клиентка и открыла глаза.
- Расскажи, пожалуйста об этом, - попросила я.
- Получается, столкнувшись с этой пациенткой и ее мамой я невольно стала проваливаться в свои детские переживания. Именно эти переживания когда-то стали источником моего депрессивного состояния, с которым я к вам когда-то и обратилась, - заключила Валентина, - И понятно, почему хочу сбежать из клиники - неприятно чувствовать себя вновь отвергнутой матерью. Да и чувство одиночества меня ранит достаточно сильно. Ясно, болезненные воспоминания нахлынули, а я с ними не справляюсь, видимо.
- Валя, заметьте, вы говорите весьма уверенно и спокойно сейчас, конечно, печаль слышится в вашем голосе, но и только, - заметила я.
- Можно считать, что моя терапия была успешной? – оживилась клиентка.
- Да, ваша терапия всегда идет успешно, вы очень старательная, настойчивая и ответственная. Но у меня такое впечатление, что что-то внутри вас идет не так, как будто слышен скрип ваших «шестеренок» в голове, - улыбнулась я.
- Мне все же очень нужна ваша помощь, ваш взгляд со стороны. Скажите, ведь все это неспроста, так ведь? Неспроста я «споткнулась» об эту пациентку и ее маму, как будто между нами троими есть какая-то связь, что ли. Во всяком случае, мне сейчас так чувствуется.
- Ладно, помогу вам, хотя, лучше бы вы сами пришли к этому осознанию, Валентина, ценнее бы для вас было, - согласилась я, - Вот смотрите, вы были ребенком одиноким и отверженным. И эта маленькая беспомощная совсем девочка тоже такая же сейчас – одинокая, и возможно, ее мама тоже так исстрадалась, что потеряла надежду на какое-то воссоединение с дочерью и где-то в глубине души считает, что она потеряла дочь навсегда. И даже доктора считают ситуацию безнадежной, с ваших слов. Но вы заметили у девочки живой взгляд. Это говорит о том, что девочка готова вас услышать, только вам нужно услышать ее.
- А почему этот взгляд заметила только я?
- Я думаю, это случилось потому, что у вас сохранилась тесная связь с собой маленькой, вам доступны те ваши детские переживания и вы узнаете подобное и у окружающих, - заключила я.
- Это понятно. Получается, благодаря своему внутреннему ребенку, а вернее одинокой и отверженной девочке внутри меня, я могу наладить какой-то контакт с моей пациенткой, если, конечно, попробую и постараюсь, правильно?
Я кивнула в ответ на утверждение клиентки.
- А что тогда с мамой девочки мне делать?
- Да ничего не делать. Посмотри на встречу с мамой девочки с другой стороны. Вы ясно видите в каком состоянии она находится, и даже сочувствуешь ей, правильно?
- Да, я ей сочувствую и сострадаю, не знаю, как бы я справилась с такой непростой ситуацией.
- Валя, видимо пришло время вам посочувствовать и своей маме. Пришло время, осознать, что родители бывают закрытыми и недоступными по разным причинам, и порой, дело совсем не в ребенке, а в обстоятельствах жизни, с которыми по каким-то причинам родитель не справился и погрузился в депрессию, - спокойно сказала я, глядя в глаза клиентке.
- Погодите-погодите, я помню, что рассказывала бабушка о том, что предшествовало моему рождению. Там было все мрачно и непросто. Но что получается, я должна оправдать поведение мамы? – возмутилась Валентина.
- Совершенно нет, но к вам стучится осознание того, что боль и страдания выпали на долю вашему внутреннему ребенку, а вот ваш внутренний взрослый достаточно сострадательный и чуткий человек, добрый и милосердный. И именно этот внутренний взрослый может посочувствовать не только той женщине, но и вашей маме. Знаешь, Валя, такие открытия и принятия себя дают человеку огромные возможности, - заключила я в конце.
- Интересно, и какие же это возможности мне сулит то, что я смогу посочувствовать своей матери, сделавшей меня одинокой и отверженной? – взъерепенилась Валентина.
- Да все просто, вы наконец-то сможете простить свою маму, и наконец-то освободитесь от гнета чувства брошенности и перестанете быть одинокой. Ну и, конечно, ваш внутренний ребенок станет спокойнее и счастливее, обретя в вашем лице чуткого и любящего родителя, - улыбнулась я клиентке.
- Круто получается, я обрету некую внутреннюю свободу, простив свою маму. А всего-то нужно было прийти на новую работу и встретить эту девочку и ее маму.
- Вот так мы взрослеем, обретаем мудрость и открываем в себе лучшие таланты души, Валя. Я еще не видела ни одной случайной встречи в своей жизни. Если кто-то на какую-ту встречу реагирует эмоционально, я точно знаю, это неспроста, в этой встрече есть некий урок и точка роста одновременно. В нашей жизни, Валя, все связано и закономерно, благодаря провидению Свыше. Именно такие вот встречи не только помогают нам познать себя, но и призывают нас к действию. А там уж, как кто услышит, поймет и на что решится.
- Ну нет, я не уйду с этой работы. Теперь я точно знаю, я нужна этой девочке, моя любовь ей сейчас нужна и мой профессионализм. И маму ее я смогу поддержать, а может и свою прощу, а может и уже простила. Пойду я, мне уже пора, меня ждет муж и прогулка вдоль озера.
Мы простились и расстались до следующего раза.
