В психотерапии мы часто говорим о «картине мира» клиента — его способе быть в мире, или, если воспользоваться языком экзистенциального анализа, его worldview. Эта ткань восприятия складывается из языка, смыслов, образов, привычных интерпретаций. Она удерживает непрерывность и придаёт ощущение, что мир ясен и поддаётся навигации.
Но ткань не цельна. В ней появляются разрывы, пузыри, сбои. Вдруг привычное перестаёт совпадать с происходящим. Человек оказывается в вакууме, где не работает ни язык, ни образ. Возникает тревога, ужас, чувство потерянности. Экзистенциальный терапевт скажет: это естественный опыт встречи с открытостью и неопределённостью бытия. Лакан добавит: это и есть столкновение с Реальным — тем, что ускользает от всякого символического оформления.
Реальное в психоанализе — не «объективная реальность» и не «факты». Это то, что невозможно вообразить и невозможно выразить. Оно прорывает наши конструкции, нарушает конгруэнтность. В экзистенциальном ключе можно сказать: это момент, когда мир оказывается «слишком большим», «слишком сложным» для психики. Встреча с этим избыточным и рождает тревогу.
Симптомы, фантазии, защитные стратегии — это швы, которыми психика старается затянуть дыры. Они не устраняют Реальное, но помогают жить рядом с ним, продолжать движение. И здесь задача терапии — не «исправить картину мира», а поддержать способность человека выдерживать такие разрывы, не разрушаясь в них.
В этом месте лакановское и экзистенциальное неожиданно сходятся. Спиннели говорит: тревога — не ошибка, а признак подлинного существования. Лакан утверждает: Реальное — это условие субъективности, то, вокруг чего она строится. В обоих случаях речь идёт о признании предела. Мир всегда избыточен, психика всегда конструирует упрощения, и всегда будут места, где ткань не выдерживает.
Для терапевта важно уметь быть с клиентом именно там, где ткань рвётся. Не спешить «заштопать» словами или интерпретацией, а оставаться рядом с тем, что невозможно объяснить. Это искусство — выдерживать Реальное. И, может быть, именно в этих разрывах клиент впервые ощущает не только ужас, но и живое присутствие.Так мы работаем на стыке двух традиций — экзистенциальной и лакановской. И видим: они обе говорят об одном и том же опыте — опыте разрыва, который делает возможным подлинное движение субъекта. Идёшь по знакомому лесу, а вдруг перед тобой — скала в тумане. Ты не можешь её обойти или полностью увидеть. Она пугает, манит и заставляет быть внимательным. Эта скала — Реальное: то, что невозможно полностью предсказать или понять, но с чем мы учимся жить. Реальное не уничтожает психику, оно формирует её, создаёт напряжение и движение.
Символическое и воображаемое — это швы, мостики, защитные конструкции, через которые мы взаимодействуем с миром.
Задача терапии — не убрать Реальное, а помочь клиенту выдерживать встречу с ним, не теряя себя.